на это, хотя ни разу в жизни раньше не видел ее, он понял, что знает, кто эта женщина.
Это была вовсе не юная девушка. Ей могло быть лет тридцать и даже больше. Оттенок зрелости в ее стройной фигуре лишь усиливал соблазнительность. Платье из белой парчи в узкую желтую полоску, с глубоким декольте, оставляло обнаженными плечи и руки.
Ее светлые золотистые волосы, разделенные прямым пробором, были зачесаны так, что упги оставались открытыми, а сзади заканчивались плоскими косичками. Волосы подчеркивали нежную красоту шеи и лица,
покрытого слабым румянцем, который проступал сквозь рисовую пудру. Ее рот с ненакрашенными пухлыми губами был маленьким, таким же как округлый подбородок. Однако из всех ее прелестей больше всего выделялись глаза: большие, продолговатые, с тяжелыми веками, ярко-синего цвета; они казались такими же наивными, как глаза четырнадцатилетней девушки.
Однако она не была наивной.
Чевиот с огромным трудом (наверное, никогда в своей жизни он еще не делал над