это случилось».
И тут он впервые увидел одну женщину.
Темная лакированная карета с позолоченными колесами, влекомая упряжкой лоснящихся гнедых лошадей, подъехала вплотную к окнам дома помор четыре
на Уайтхолле. Чевиот не замечал ее до тех пор, пока
кучер в цилиндре и красной ливрее не соскочил с козел, поскольку свет каретных фонарей был приглушен и в темноте виднелись лишь синие искорки.
Однако когда он делал небольшой круг, чтобы обойти фонарь, пламя вспыхнуло ярким желтым спетом. Дверца кареты открылась. Какая-то женщина нетала одной ногой на ступеньку, в нерешительности остановилась и взмахом руки отослала кучера. Она внимательно смотрела на Чевиота с расстояния не более десяти футов.
— Мистер Чевиот! — нежным голосом но ныла она. Голос у нее был очень красивый и приятный, с намеком на сдержанную официальность. Она смущенно опустила длинные ресницы и снова села в карету, Чевиот опять вздрогнул.
Это было хуже, чем все до сих пор. Он видел ее всего лишь мгновение. И несмотря